Библиотека школьника

твой помощник в обучении




Черная рада сокращенно - Кулиш П

весной 1663 года двое всадников приближались к Киеву со стороны Белгородского пути «Один был молодой себе казак, вооруженный, как до войны, второй, по одежде и по своей бороде, сказать бы, поп, а шаблюци и под рясой, по пистолетами за поясом и по длинным шрамах на виду - старый казак »Видно было, что едут они издалика.
Не доезжая дважды три версты в Киев, путники свернули в лес, на дорожку, ведущую к Череваневого хутора, Хмарища «А Черевань был тяжело денежный да и веселый господин из казачества, обогатилось за десятилетнюю войну с ляхами».
Было уже под вечер Все тихо и красиво, «все кругом будто улыбалось» Но всадники были какие-то невеселые
Вот они и у хутора Хмарище было окружено рощами, как облаками, напоминало небольшую крепость - с башней, дубовыми воротами, добрым пылью вокруг
Гости стали стучать в ворота саблями И вскоре прозвучало недовольное бормотание старого ключника Василия Невольника - бродят, мол, тут всякие Но когда сторож услышал голос старшего из путников, то радостно вскрикнул, что это паволоцкий Шрам, быстро открыл ворота и бросился целовать полковника Взглянув на молодого казака, Василий догадался, что сын Шрама Петр, и сказал: «Орел, а не казак!» Потом д одав, что когда таких казаков приплыло хотя бы две чайки в Кермана, то он не был так долго в неволе, которой не забудет теперь, пожалуй, вечноіку.
«Действительно, Василий Невольник был себе дедушка такой мизерный, как заряз только из неволи выпуска: небольшой, пожилой, глаза его ввалились и как к чему присматриваются, а губы как-то покривились, что ты бы бы сказал - он и никогда не смеялся В синем жупанкови, в старых полотняных шароварах, да и то на нем было как одолженное».
Старый Шрам спросил слугу, где господин, вероятно, на ловушке, людей совсем отказался? асто бывают гости, и теперь не без них И повел полковника с сыном в нна.
Что же это был за Шрам такой, и как это он был вместе поп и полковник?
Был он сын Паволоцкого попа, по фамилии Чепурного, учился в Киевской братской школе, и уже сам выходил на попы Как же поднялись казаки с гетманом Остряницей, то и он вмешался в казацкий войском ская, ибо горячий был человек Шрам и не усидел бы в своем приходе, слыша, как льется родная ему кровь за нечестивый смех польских консистентив над украинским, за надругательство католиков и униатов над греко-рус ькою веройрою».
К тому времени Польше было полный беспорядок, и каждый более или менее значительный чин делал с простым народом, «что ему в безумную голову придет» Мещане и земледельцы ничего не могли сделать без оружия Солдаты (солдаты даты) отбирали у людей незаконно еду и напитки, отвращали казацких женщин и девушек, запрягали людей в плуг среди зимы и заставляли на смех пахать лиід.
Католические господа с нашими оборотнями заключили унию, наставили своих униатских попов в церквях
Никому на это жаловаться, потому и самого короля держали в руках сенаторы, крупные господа и епископы Казацкая старшина тянула руку коронного гетмана, старост и государственников, а между собой делилась козацкого цькою платой Многие реестровых казаков работали на старшину Поэтому жаловаться можно было только казакам запорожским, которые «старшину свою над собой выбирали и гетману коронному взять себя шею не дава лили».
Вот и выходили с мечом и огнем против врагов родного края гетмана казацкие - Тарас Трясило, Павлюк, Остряница Но «ляхи с недоляшки» быстро гасили то пламя восстаний и «вновь по-своему обращали Украины аину».
Не смогли ничего сделать поляки лишь тогда, когда поднялся отец Богдан Хмельницкий на борьбу с ними Шляхта перегородила все степные дороги на Запорожье залогами, но «бросает Пахарь на поле плуг с во олам, бросает пивовар котлы в пивоварне, бросают сапожники, портные и кузнецы свою работу, родители покидают маленьких детей и всякое окольным да ночам, степями, терниями да оврагам шагает в Запорожье в Хмельницкого »И вот тогда-то уже« разлилась казацкая слава по всей Украинеаїні...»
Попович Паволоцкий Шрам за десять лет от Остряницы в Хмельницкий сидел «Заказчиком среди дикой степи на Низу, взяв себе жену бранные турчанку; проповедуя слово правды Божией рыбакам и чабанам запорожским; побывал он на поле и на море с Ряду; выдал не раз и не два смерть перед глазами да и закалился в военном деле так, как поднялся на кучу Хмельницкий, то имел с его вел ику пользу и помощь И никто лучше его не становился к бою В тех то случаях израненный его вдоль и поперек, что казаки, как прозвали его Шрамом, то и забыли реестровое его фамилиюище».
Прошли, как короткие праздники, десять лет Хмельницкой «Уже и сыновья шрамы подросли и помогали отцу в походах Двое погибло под Смоленском; остался только Петр» После того еще не раз звенел Стары й Шрам саблей, но впоследствии почувствовал, что силы его покинули, «сложил с себя полковничество, постригся в попы да начал служить Богу Сына посылал к военному обоза, а сам знал одну церковькву».
Но опять начались в Украине проблемы «ругают да распри, и уже гетманской булавой начали играть, как палкой вернулась в старого сердце, как услышал, что казацкая кровь льется Днепру через Виговс ского и через сумасшедшего Юруся Хмельниченко, получивший после его гетманства, а как досталась от Юруся булава Тюри, он аж за голову схватился ли молится, Богослужение служит, - одно в его на мысли: что вот погибнет Украины от сего недуга Отчизне и похлибци лядского Было, выйдет среди церкви с наукой, то все равно мирянам правит: «Блюдитеся, да не порабощенни будете; берегитесь, щ о не дано вас опять ляхам в жертву!лу!»
Когда же умер паволоцкий полковник, которого избрали после Шрама, сошлась совет, чтобы избрать нового
Шрам вышел в поповской рясе среди совета и сказал, что наступает страшная час «Надо нам теперь такого полковника, чтобы знал, где волк, а где лиса Послужил я православному христианству с отцом Хмельн ицьким, послужу вам, детки, и теперь, когда будет на то ваша воляя».
Все очень обрадовались и снова избрали отца Шрама полковником Гетман Тетеря должен смириться с таким чудом и прислать шрамы универсал на полковничество, ибо «совет был старше от гетмана»
Полковник думал-думал, как бы Украину на хорошую дорогу вывести А подумав, пустил слух, что он болен, и передал есаул Гулаку свой жезл Сам же выехал бы куда-то на хутор для отдыха
Когда Шрам вошел в пасеку, то услышал звуки бандуры Потом увидел под липой Череваня и Божьего Человека «Звали Божиим слепой старец-кобзарь Темный он был на глаза, а ходил без предводителя; в лата аний свитке и без сапог, а денег носил полные карманы Что он делал с теми деньгами? гав своими молитвами над больным, а может, и своими песнями, ибо в его песня лилась, как чары, слушающий человек и не наслушается По тое-то всего уважали козаки, как отца, и хоть бы, кажется попросил у кого последнюю свитку с плеч на выкуп пленника, то и то бы ему отдал всякийусякий».
Кобзарь запел грустную думу о Хмельницком Не один казак горько плакал от этой думы, а Черевань «только покачивался, гладючы брюхо, а щеки - как арбузы: смеялся от души Такова была в его удается ачаа».
Шрам наблюдал за ними из-за дерева Его смешливые приятель не изменился, только лысина стала более вилискуватись В Божьего Человека борода до пояса «еще лучше процвила сидинамы, а на виду дедушка прос сеял каким-то миром Поет песня, от сердца плачет и плакать доказывает, а сам подведет вверх глаза, словно видит такое, чего прозрел никогда не увидитть».
Наконец Шрам вышел из своего укрытия Черевань от радости вскочил, обнял и поцеловал гостя, как родного брата Обрадовался и Божий Мужчина, услышав знакомый голос Черевань спросил товарища, каким это образом в он к нему попал Шрам сказал, что едет на богомолье в Киев, и спросил в свою очередь в деда, откуда и куда его дорога Тот ответил, что у него один путь в мире - выкупать невольниковників.
Василий Невольник тоже вмешался, стал благодарить Божию: «Пусть на тебя Господь оглянется, как ты на меня оглянулся! турецкой каторге, на тех нечестивых галерах; не думал уже видеть святоруського берега А ты распевал меня сто золотых красных; вот я опять между крестным миром, опять услышал казацкую язык! »Далее с ро зповиди Невольника выяснилось, что звали его и в монастырь, и в казаки, но он решил пойти служить тому, кто дал деньги на его выкуп - Череваневі.
Хозяин пригласил всех к столу выпить за здоровье гостей Шрам начал расспрашивать Божьего Человека, знает ли он, что происходит за Днепром Дед вздохнул и сказал: такое творится, что и говорить страшно Есть ния которого строя между казаками Старшины много, а никто никого не слушает Тогда полковник спросил Сомка Кобзарь ответил, что Сомко хотя и умом, и славой взял над всеми, но ему не дают гетманом, потому он не хочет кланяться московским боярам Запорожцы же своим гетманом зовут Брюховецкого Шрам удивлен Он знал Ивана Брюховецкого как Иванца, которого за искреннюю службу любил Хмельницкий и советовал своем в сыне Юре его слушать Хмельниченко так и делал Сомко приходился Юрию дядей, и ему не нравилось, что кто-то орудует племянником Однажды старшина советовалась, а Иванец тоже присоединился к группе, что-то сказал Сомко вспыхнул и сказал Юрась, что не подобает старому псу вмешиваться в их компанию Ночью Сомко поймал Иванца возле своей кровати с ножом Военный совет присудил отрубить тому голову, но С омко придумал худшую кару: велел посадить Иванца верхом на свинью и провезти по всему Гадячо всьому Гадячу.
После того стыда Иванец стал собирать деньги, угождать каждому Выпросил у Юрася чин хорунжего, а когда тот ушел в монахи, Иванец, имея ключи от гетманской казны, подчистил все серебро и махнул в в Запорожье Атами яксипнув деньгами, то запорожцы за ним роем: «Иван Мар тинович, Иван Мартынович» И со всеми он обнимается, братается и водкой поит Запорожцы его так полюбили, что собрали ра ду и избрали кошевымвим.
Шрам очень расстроился после этого рассказа, а Василий Невольник сказал, что переведется, пожалуй, в ничто славное Запорожье, когда такие гетманы управляют
Тогда полковник признался, что едет он не в Киев на прошу, а в Переяслав, к Сомка-гетмана «Украина разорвали надвое: однучасть, через недоляшки Тетерю, вскоре возьмут в свои лапы ляхи, а вторая сам ма по себе перевернется кат знает на что я думал, что Сомко уже твердо сел на гетманстве, - а в его душа искренняя, казацкая, - так рассуждал я, как раз подниму его со всеми полками на Тетерю да и привлечет м всю Украину к другу булавы Горькой поднял ты моему сердцу, Божий Мужчина, да еще, может, как-нибудь дело на лад вернется поедем со мной на ту сторону: тебя казаки уважают, твоего совета послушаютють...»
Но Божий Мужчина не согласился, сказал, что это не для него Кроме того, ему не нравятся современные обычаи, когда ребята из Бандурко «только и знают резать к танцам» ради «той Ледащицу-водки»
Черевань заглянул в пекарню и радостно-удивленно сказал, что, оказывается, ему еще жениха для дочери привезли (а там давно уже сидел Петр Шраменко, разговаривая с Череванихою и ее дочерью Лесей)
Хозяин повел гостей в дом «Светлица в Череваня была такая же, как и теперь бывает у которого зажиточного казака (что то еще в лучше времена дед или отец збудовав) Сволок хороший, дубовый, искусственно изрезанное и, и слова из священного писания вырезаны; вырезано и кто комнату збудовав, и какого года и лавки были хорошие, липовые, со спинками, да еще и килимцямы позастилани И стол, и должников с шитым полотенцем округа и все было, как и теперь по добрым людям ведется Одно только чудо было в Череваня такое, что уж теперь нигде не зуздриш Кругом стен полки, а на тех полках серебряные, золотые и хрустальные кубки, кружки бутылки, блюда и всякая сосуд, то на войне поздобувано Как жгли казаки шляхетськии дворы и княжецькии замки, то все то мешками выносили »Еще по стенам висела дорогая барская оружие и другое войско ве снаряжения Ничто теперь не мешало ляхов и их сторонников: достали они казакам и крестьянам в самое сердцеого серця.
Но молодому Шраменко лучше показалось в пекарне, где были сами цветки, душистое зелье, высокий и ясный хлеб на столе и замечательная девушка Разговорился с Лесей Петр, брат с сестрой Так и жил в весь вечер, любуясь черными девичья бровями и вышитыми рукавамми.
И вот прилиз, сопя, Черевань, стал целоваться с Петром, восхвалять его и говорить жене, что вот, мол, им и зятек Затем потянул Петра в комнату на казацкую разговор, а Леся провожала парня я взглядом, в котором были и пожалуйста, и сострадание, и еще что-то такое, что и не выговоришь словам Видно, понравился казак девушекині.
Черевань подвел Петра к Божьему Мужчины и рассказал, что это тот самый парень, который переплыл под пулями реку Случ, пробрался в польский лагерь, убил хорунжего и принес его хоругви к гетману
Божий Мужчина положил Петруся на голову руку и сказал, что это хороший казак, большой отваги Будет он долговечен, на войне счастливый, ни сабля, ни пуля его не возьмет, а умрет своей смертью
«Пусть лучше, - сказал отец, - ляжет от сабли и от пули, чтобы за доброе дело, за целость Украины, вот разорвали надвое»
Черевань прервал разговор, стал угощать гостей из причудливых кубков, шутя и приговаривая Зашла и Череваниха поздравить гостей Она свежая и круглолицая, прямая, как тополь, видно, что смолоду была очень гарнна.
Как добрая приятельница Шрама стала расспрашивать о его намерениях Узнав, что отец едет на богомолье, решила и себе поехать с ним Потому никуда не ездит Вот и к брату в Нежине сколько раз собиралась, а все не выберется Черевань засмеялся и сказал, что он бы и рад побывать у ее брата, но если бы взял его и перенес туда Тем более, что ее брат Гвинтовка живет хорошо, по-барски, его уже кн язем прозвали Череваниха сказала, что брата зовут князем не за достаток, а за то, что взял себе женщину-полячку, княгиню с ВолВолині.
И вот зашла в комнату Леся, хорошая, как цветок Отец радостно говорит, что и ему есть чем на старости похвастаться Просит дочь преподнести гостям кубки из белых ручек А Леся «заговорит, или рукой проведет, или и пойдет по дому - все не так, как никто другой: так все и смотрят, и так всяком на душе, как солнышко светитть».
Тогда Шрам и спросил Череваня, не согласился бы он отдать свою дочь за его сына Тот радостно согласился, подал руку, они обнялись и поцеловались Петр от радости не знал, на какую ногу и стать А Леся ни ибы испугалась и сказала, что пусть папа посмотрит - не все же в доме, матери нет Здесь вошла Мелася Череваниха Мужчина похвастался ей новостью, а и обратилась к старому Шрама: «Быстренько добываете со своим сыном замки! шим замком не скорее исправилися, чем с бабой! вам? »
Но Череваниха хитро повела речь о том, что она не против, но деды и бабы раньше, чем думали заручившись детей, ехали сначала в монастырь на богомолье
Тогда Бог давал детям и здоровье, и талант на всю жизнь Следовательно, им тоже следует сделать по-христиански Так и посадила женщина Шрама, как горшок от жара отставила Так и видставилося сватовства Старые думали, что еще вспиють с козами на торг, а Петр понял, что Череваниха имеет в виду какого-то другого зятя, и сама Леся ним гордится И напала на казака большая туг туга.
Утром все собрались в дорогу Мать с дочерью сели в рыдван (карету), который достался Брюханов тоже на войне Петр на коне не отставал от пышно украшенного рыдвана Наконец вздумал поговорить откровенно с чере-ванных сказал, что он к ним с искренним сердцем, а они к нему с ухищрениями Может, есть другой на примете, то пусть скажут Мать снова отвечала загадками, мол, и есть, и нет Увидев, что Пэт ро даже побледнел, решила рассказать ему о своем странный сон, который ей приснился, когда еще она ходила Лесеа Лесею.
Показалось ей, что в поле могила, а на ней стоит ясная панна, сияет, как солнце Съезжаются на поле казаки, славные рыцари со всего мира и Иотим упрекали за то панну, драться между собой Вдруг приехал молодой гетман и забрал себе девушекину.
Смущенная этим сном, бросилась она потом к гадалке, а та сказала, что будет в Череванихы дочь, очень красивая, будут из нее удивляться господа и гетманы, дарить подарки, но никто так не подарит, как с суженый А будет он красивее и знатнее всех господ и гетманев.
оправдались бабушкины слова и о дочери, и о ее красоте, и о господских подарки, и о суженом Действительно, был один среди гетманов лучший, и сказал Череваниси, чтобы не отдавала дочери ни за князей зя, ни за рыцаря Он не будет жениться, ждать, пока девушка вырастет и возьмет ее в женыну.
А вот и Киев заблестел золотыми церквами Только Петр ничего этого не видел - так поразила его рассказ Череванихы

Страницы: [1]2 3 4 5 6

категория: сжатые переводы / краткий пересказ - краткое содержание произведений Кулиша П / Черная рада сокращено